«Сырое дело». Прения. Слово защитника

23 ноября 2018 в 17:26 9266 просмотров


«Сырое дело». Прения. Слово защитника

 12 ноября 2018 года государственный обвинитель А. А. Шокпаров запросил суд лишить Алмаза свободы сроком на 19 лет.

Судебное следствие установило неоспоримые сомнения в совершении Алмазом какого-либо уголовного правонарушения, что допускает возможность прекратить уголовное преследование в отношении Алмаза из-за отсутствия признака состава преступления по предъявленным обвинениям.

10 января 2017 года Алмаз был задержан следствием при отсутствии оснований, предусмотренных статьей 128 УПК РК.

Обстоятельства по пункту 1 части 2 статьи 128 УК РК исключаются, поскольку на момент проведения спецоперации КНБ 7 декабря 2016 года Алмаз находился в Алматы, то есть он не был застигнут при совершении преступления или непосредственно после совершения преступления. Других таких случаев с участием следствия в судьбе Алмаза не было.

Обвинение считает, что Алмаз был застигнут после совершения преступления. Например, обвинение устанавливает, что в период с 28 по 29 ноября 2016 года было получено и залито в цистерны 229,946 тонны сырой нефти. Это было завуалировано под процесс производства смеси нефтепродуктов OilBlend (СН «OilBlend»), в ходе которого якобы смешивались нефтепродукты и продукты, полученные после переработки сырой нефти ТОО «Интер Ойл Экспорт» (ТОО «ИОЭ») (обвинительный акт, страница 17).

Почему обвинение не применяет записи по замерам в резервуарах и не устанавливает, откуда и каким образом было получено 229,945 тонны смеси нефтепродуктов OilBlend по внутренним документам ТОО «Актобе нефтепереработка» (ТОО «АНП»)? Данные документы находились у следствия с 7 декабря 2016 года. Если обвинение считает, что ТОО «АНП» смешивало сырую нефть, в том числе неучтенную, с легкими фракциями либо газовым конденсатом, нефтепродуктами и продуктами переработки, то почему не указывают, где они хранились и в каком количестве и соотношении смешивались? Следовательно, следствие не применяло внутренние документы ТОО «АНП» по производству СН «OilBlend» и тем самым вводило прокуратуру и следственный суд в заблуждение.

В таком случае Алмаз не совершал преступление и не мог быть застигнут в этом.

Обстоятельства по пункту 2 той же нормы закона исключаются, поскольку отсутствует лицо, свидетельствующее о совершении Алмазом преступления, что подтверждается отсутствием протокола очной ставки между этим лицом и Алмазом.

Следствие провело допрос А. Булатова 8 и 21 декабря 2016 года и 5 января 2017 года, А. Кушкинбаева - 8, 15 и 24 декабря 2016 года, А. Мисюрина - 14, 16 и 24 декабря 2016 года, Э. Утениязова - 12 декабря 2016 года и 7 января 2017 года. А. Булатов и А. Кушкинбаев показали, что не отгружалась нефть в цистернах, они не дали показания о том, что Алмаз давал им команду наливать нефть в цистерны, но показали, что смешивали нефтепродукты, и эта смесь  залита в цистерны. Э. Утениязов дал показания в пользу Алмаза. А. Мисюрин дал показания как консультант и ввел следствие в заблуждение. По его словам строились версии обвинения.

Следствие оказывает давление на А. Булатова, А. Кушкинбаева и Э. Утениязова следующими обстоятельствами. То есть их взяли на «крючок».

В апреле 2016 года ТОО «Ойл Трейд Актобе», учредителями которого являются А. Булатов и А. Кушкинбаев, передало ТОО «Каз Имп Трейд» бензин-растворитель без оформления документов (Том 9, лист 117).

14 февраля 2016 года супруга Э. Утениязова А. Исмайлова выложила в социальных сетях рекламу о реализации талонов на бензин АИ-92 (Том 59, лист 91).

А. Мисюрин является человеком Н. Амантурлина. Амантурлин был уволен с должности технического директора и противостоял Алмазу. Н. Амантурлин, скорее всего, затаил обиду.

Показания Мисюрина в ходе судебного следствия были опровергнуты в части невозможности получения СН «OilBlend» по заложенной рецептуре с применяемым выходом нефти, по отгрузке смеси легкой газойлевой фракции с нефтью, загрузки 4-х цистерн на станции Арысь нефтью и так далее.

Протоколы допроса Алмаза от 10 и 11 января 2017 года устанавливают противоречие в показаниях А. Булатова, А. Кушкинбаева, А. Мисюрина с показаниями Алмаза в части законности СН «OilBlend», то есть должна была быть проведена очная ставка между ними в соответствии со статьей 218 УПК РК. Данное право дано следователю для обеспечения объективности досудебного расследования. Право свидетеля по отказу от очной ставки уголовным процессуальным законодательством не предусмотрено, то есть усматривается явное преднамеренное неприменение следователем своего права. Это упущение процессуального прокурора А. А. Шокпарова, осуществлявшего надзор за законностью досудебного расследования.

Задержание Алмаза в соответствии с пунктами 3 и 4 той же нормы закона недопустимо, поскольку у Алмаза отсутствовали явные следы преступления на теле или в жилище, и результаты негласных следственных действий, подтверждающие совершение преступления Алмазом, отсутствовали.

Задержание Алмаза в соответствии с частью 3 статьи 128 УПК РК недопустимо, поскольку заключением эксперта № 2584 от 10 января 2017 года по подписи А. А. Мисюрина и заключением эксперта № 4839 от 26 декабря 2016 года по пробам из 4-х вагонов-цистерн на станции Арысь не устанавливается факт совершения Алмазом какого-либо преступления. При этом в заключении №4839 имелись противоречия между исследовательской и заключительной частями. Следствие не имело права использовать данное заключение, поскольку к нему не прилагались хроматограммы исследования для определения фракционного состава исследуемой жидкости, что является фактом отсутствия достаточных доказательств. Алмаз в ходе допроса 10 и 11 января 2017 года заявлял об этом.

Задержание Алмаза в соответствии с частью 4 статьи 128 УПК РК недопустимо, поскольку следствие не указало факт попытки Алмаза скрыться от следствия. Алмаз являлся по вызову следствия незамедлительно.

Статьей 128 УПК РК не предусматривается понятие «мотивы задержания», как отражено в протоколе задержания от 10 января 2017 года в виде «может скрыться от органа досудебного расследования и суда» и «находясь на свободе, может препятствовать объективному расследованию уголовного дела». Такие основания для задержания статьей 128 УПК РК не предусматриваются.

На момент задержания Алмаза отсутствовали основания для применения меры пресечения - содержание под стражей. Однако постановлением следственного судьи суда №2 города Актобе З. Г. Шмировой санкционирована мера пресечения - содержание под стражей сроком на два месяца с учетом тяжести совершенного преступления и по основанию полагать, что Алмаз может скрыться от органа уголовного преследования или суда и, находясь на свободе, воспрепятствовать объективному досудебному расследованию.

Следователь М. Р. Латыпов, процессуальный прокурор А. А. Шокпаров и следственный судья З. Г. Шмирова при определении тяжести совершенного преступления обязаны были сначала установить признак состава преступления, совершенного Алмазом по статье 197 УК РК. Они должны были установить, какие документы не были представлены от ТОО «АНП» следствию для подтверждения законности транспортировки, приобретения, реализации, хранения нефти и нефтепродуктов, законности переработки нефти и её происхождения. Эти документы органом уголовного преследования были изъяты в ходе спецоперации 7 декабря 2016 года. Данные документы не отражаются в постановлении о квалификации деяния подозреваемого от 11 января 2017 года, в постановлении о возбуждении ходатайства по санкционированию меры пресечения - содержание под стражей от 12 января 2017 года и в постановлении следственного судьи о санкционировании меры пресечения - содержание под стражей от 12 января 2017 года.

Алмаза участником ОПГ «Четыре брата» признали, не задавая вопросов об этом в ходе допросов 10 и 11 января 2017 года, хотя именно участие в организованной группе устанавливает тяжесть преступления. Алмаз признан участником организованной группы на основании факта предъявления части 2 статьи 262 УК РК.

При наличии всех документов, подтверждающих законность исполнения договорных обязательств по переработке нефти, как ТОО «АНП», так и других субъектов договорных отношений, в том числе ТОО «ИОЭ», невозможно установить факт совершения  преступления по статье 197 УК РК.

При таких обстоятельствах вызывают неустранимое сомнение законность задержания Алмаза 10 января 2017 года и законность санкционирования меры пресечения - содержание под стражей следственным судьей 12 января 2017 года.

Обвиняемых объединяло обязательство по исполнению договорных отношений, заключенных между ТОО «ИОЭ», ТОО «АНП», недропользователями, транспортными организациями, китайским НПЗ в Кыргызстане, а не транснациональная организованная группа. Ни один договор не был кем-то оспорен и не был признан недействительным, притворным и мнимым. Исполнение договорных обязательств осуществлялось без привлечения государственных денежных средств. Сырье (нефть), переданное государством недропользователям на основании контрактов, для исполнения договорных обязательств оплачивалось по предоплате. В ходе судебного следствия не обнаружено какое-либо количество похищенной, неучтенной или нелегальной нефти. Передвижение нефти и нефтепродуктов по ТОО «АНП» подтверждается надлежащим учетом.

Вышеперечисленные обстоятельства подтверждены вещественными доказательствами, с которыми сторона защиты ознакомилась благодаря содействию судьи А. Б. Сабырова с 24 июля 2018 года.

Следствие в лице следователя М. Р. Латыпова, при поддержке процессуального прокурора А. А. Шокпарова, не представляло вещественные доказательства для опровержения предъявленных подозрений в ходе досудебного расследования. Они знали, что вещественные доказательства являлись внутренними документами ТОО «АНП» и в соответствии с частью 4 статьи 120 УПК РК обязаны были представлять их копии. При этом прошу суд учесть, что следствие и прокуратура Актюбинской области не применяли вещественные доказательства для проверки предъявленных подозрений в ходе досудебного расследования. Считаю, что устанавливается факт преднамеренного скрытия доказательства по исключению незаконного уголовного преследования.

Вещественными доказательствами устанавливаются:

- законность происхождения нефти, поступившей на НПЗ ТОО «АНП» для переработки на основании договоров на поставку нефти и договоров на переработку нефти;

- единообразие приемки нефти на основании журнала приема-передачи смены нефтебазы и лаборатории, протоколов лабораторных испытаний проб каждой партии, а также композитной пробы для определения фракционного состава;

- надлежащий учет передвижения нефти и нефтепродуктов по нефтебазе ТОО «АНП» на основании журнала сводки по резервуарам;

- законность изготовления смеси нефтепродуктов OilBlend в РВС №16 на основании журнала сводок по резервуарам и журнала приема-передачи смен операторов нефтебазы;

- отгрузка готовой продукции, в том числе СН «OilBlend», на основании журнала приема-передачи смены операторов нефтебазы.

Вещественные доказательства подтвердили надлежащее исполнение коллективом ТОО «АНП» договорных обязательств по приемке нефти, по её переработке, хранению и отгрузке готовой продукции, в том числе СН «OilBlend».

Алмаз в своих показаниях пояснил, что он просил кредиторов ТОО «АНП», в том числе ТОО «ИОЭ», войти с нефтью для переработки с целью поднять НПЗ ТОО «АНП» с «колен на ноги», что способствовало бы погашению долгов со стороны ТОО «АНП».

С. Г. Кунцевич в своих показаниях пояснил, что никогда не поставлял нефть на какой-нибудь завод, но в целях получения долга решил поставлять нефть на ТОО «АНП».

Все вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о начале взаимовыгодного сотрудничества ТОО «АНП» и ТОО «ИОЭ» по поставке нефти для переработки, на законных основаниях.

Следовательно, отсутствуют основания для создания транснациональной организованной группы, которое придумало следствие при поддержке процессуального прокурора А.А. Шокпарова. Я лично очень надеялся, что государственный обвинитель А.А. Шокпаров будет отзывать данное обвинение из-за отсутствия как прямых, так косвенных доказательств, в том числе по результатам прослушивания телефонных разговоров обвиняемых. Никто из обвиняемых не признался в участии в транснациональной организованной группе. Алмаз и С. Г. Кунцевич в недоумении, как можно создать такую группу, находясь в СИЗО почти год. Недоумение вызывает способ предъявления данного обвинения. В ходе досудебного расследования уголовного дела №170000041000229 устанавливают причастность А. Кушкинбаева и Э. Утениязова в совершении преступления по пункту 2 части 4 статьи 197 УК РК. 27 декабря 2017 года руководитель МСОГ Д. Аубакир объединяет это дело с уголовным делом № 170000041000176. Постановлением заместителя прокурора Актюбинской области Сыздыкова от 26 декабря 2017 года отменяется постановление о прекращении уголовного дела №170000041000177 от 7 сентября 2017 года из-за отсутствия связи с организованной преступной группой «Четыре брата».

Как можно отменить обоснованное и законное постановление, тем более подтвержденное приговором суда, в отношении организованной преступной группы «Четыре брата»? Организованная преступная группа «Четыре брата» не была признана транснациональной организованной группой.

Постановлением руководителя МСОГ Д. Аубакир уголовное правонарушение переквалифицировано со статьи 262 части 2 УК РК на статью 264 части 1 УК РК. Считаю, что произошла фальсификация уголовного дела в отношении Алмаза и С. Г. Кунцевича.

Через ЕРДР возбуждается уголовное дело №170000041000310 от 27 декабря 2017 года по части 2 статьи 264 УК РК в отношении А.Т. Кушкинбаева и Э. А. Утениязова  и других лиц. Данное дело соединяется с делом № 170000041000176. Затем следователь новым постановлением о квалификации деяния от 27 декабря 2017 года предъявляет обвинение по части 3 статьи 264 УК РК Алмазу и С. Г. Кунцевичу, без переквалификации. Для подтверждения наличия подозрения по части 2 и 3 статьи 264 УК РК никакие негласные следственные действия или другие следственные действия не проводились, в том числе допрос подозреваемых, хотя дело №170000041000310 соединили с делом № 170000041000176.

Следствие при предъявлении обвинения по части 3 статьи 264 УК РК не устанавливало признак состава преступления, совершенного Алмазом по статье 197 УК РК, который в ходе досудебного расследования отсутствовал.

При таких обстоятельствах вызывает неустранимое сомнение законность уголовного преследования Алмаза по части 3 статьи 264 УК РК.

23 июля 2018 года мною был заявлен отвод государственного обвинителя А.А. Шокпарова на основании того, что он заинтересован в исходе данного уголовного дела, поскольку укрывал неправомерные действия следователя М. Р. Латыпова в ходе досудебного расследования. Данное заявление судом было отклонено в связи с тем, что доводы, изложенные в заявлении, подлежат исследованию в ходе судебного следствия.

Однако государственный обвинитель в ходе судебного следствия не назвал признак состава преступления, совершенного Алмазом по статье 197 УК РК «Транспортировка, приобретение, реализация, хранение нефти и нефтепродуктов, а также переработка нефти без документов, подтверждающих законность их происхождения».

Государственный обвинитель не назвал, хотя обязан был, какой документ не был представлен от ТОО «АНП» следствию, подтверждающий законность транспортировки, приобретения, реализации, хранения нефти и нефтепродуктов, законность переработки нефти и её происхождения.

Подпунктом 28 статьи 1 Закона РК «О государственном регулировании производства и оборота отдельных видов нефтепродуктов» (Закон) устанавливается, что документом, сопровождающим нефть или нефтепродукт в пути следования, является сопроводительная накладная. ТОО «АНП» принимало нефть и отгружало готовую продукцию по сопроводительной накладной в виде товарно-транспортной накладной и железнодорожной накладной.

Прием приобретенной или поставляемой нефти ТОО «АНП» осуществляло на основании сопроводительной накладной, договора поставки нефти и договора на переработку нефти с проверкой качества нефти путем сравнения результатов лабораторных испытаний принимаемой нефти с результатами лабораторных испытаний проб нефти при даче доступа на переработку нефти.

Реализацию готовой продукции ТОО «АНП» осуществляло на основании договора купли-продажи с соответствующими бухгалтерскими документами, в том числе сопроводительной накладной. Передачу готовой продукции ТОО «АНП» производило по акту передачи и сопроводительной накладной.

Хранение нефти и нефтепродуктов ТОО «АНП» сопровождалось записями в журнале приема и передачи смены операторов нефтебазы, а также сводками передвижения нефти и нефтепродуктов по резервуарам нефтебазы.

Переработка нефти на НПЗ ТОО «АНП» подтверждается актами переработки за соответствующий период времени, с указанием количества переработанной нефти и полученных нефтепродуктов как в количественном, так и в процентном соотношении. Акт подтверждает баланс между количеством нефти, принятой на переработку, и количеством нефтепродуктов, полученных из этой нефти. Данное обстоятельство подтверждается записями в журналах приема и передачи смены операторов нефтебазы по замерам в резервуарах с нефтью и готовой продукции, а также сводками движения нефти и нефтепродуктов по резервуарам нефтебазы. Данные обстоятельства в ходе судебного следствия подтверждены показаниями свидетелей как со стороны обвинения, так и со стороны защиты.

Ваша честь! В ходе исследования материалов уголовного дела я просил Вас обратить внимание на постановление следственного судьи суда №2 города Актобе А. С. Адиловой от 19 февраля 2018 года, которым моя жалоба на действия следствия в начале досудебного расследования была оставлена без рассмотрения. Основание подачи жалобы в порядке статьи 106 УПК РК – отсутствие признака состава преступления по статье 197 УК РК в материалах дела. Ознакомил Вас с письмом руководителя департамента антикоррупционной службы по Актюбинской области К. И. Сунтаева от 5 мая 2018 года на имя прокурора Актюбинской области М. Ж. Кайбжанова по моему заявлению по уголовному преследованию следственного судьи А. С. Адиловой и судьи Р. С. Мухамбеткалиевой по факту вынесения заведомо неправосудного судебного акта. Данное письмо находится на исполнении у прокурора А. А. Шокпарова, и мною до сих пор не получено решение по нему. Не рассматривая данное письмо, старший помощник прокурора Актюбинской области Шокпаров скрывает своё участие в вынесении заведомо неправосудных судебных актов.

На сегодняшний день государственный обвинитель А. А. Шокпаров не назвал признак состава преступления по статье 197 УК РК, совершенного Алмазом.

Уголовное дело №161500131000121 возбуждено 1 ноября 2016 года в ходе расследования уголовного дела №160000131000017 в отношении подозреваемого М. Н. Ниярова. Производство уголовного дела МСОГ КНБ РК принял 5 декабря 2016 года и осуществлял на основании отсутствия документов, подтверждающих законность происхождения нефти, в том числе сертификатов происхождения нефти, паспорта качества нефти. В ходе судебного следствия заявлял ходатайство об исключении из разбирательства материалов дела паспорта качества нефти, недопустимых в качестве доказательства в совершении преступления по статье 197 УК РК, поскольку данной нормой не предусматривается уголовное преследование за отсутствие документа, подтверждающего качество нефти. ТОО «АНП» выполняло надлежащим образом требования подпунктов 1 и 2 пункта 5 статьи 18 Закона. Пункт 4 статья 8 ГК РК гласит, добросовестность, разумность и справедливость действий участников гражданских правоотношений предполагаются. Сертификацию добываемой нефти обязан осуществлять недропользователь, то есть орган следствия не вправе требовать его у ТОО «АНП», поскольку его обязан предоставлять недропользователь. Другие документы, подтверждающие законность любого процесса, связанные с оборотом нефти и нефтепродуктов, ТОО «АНП» имеет, что было продемонстрировано в ходе судебного следствия.

При таких обстоятельствах вызывает неустранимое сомнение законность уголовного преследования Алмаза по пунктам 1 и 2 части 4 статьи 197 УК РК.

Алмаз обвиняется по статье 28 и части 3 статьи 385 УК РК, то есть в подделке и использовании заведомо подложного стандарта организации Технические Условия СТ 16674-1904-ТОО-08-2014 (стандарт). В обвинительном акте устанавливается, что Алмаз и С. Г. Кунцевич, используя своё служебное положение, дали указание неустановленному работнику ТОО «АНП» на подделку стандарта СН «OilBlend» с внесением в него ложных сведений. Следствие подтверждает, что не проводились следственно-оперативные мероприятия по факту подделки, хотя в ходе судебного следствия было установлено, что набор текста стандарта производила Р. А. Койлыбай, то есть факт подделки стандарта отсутствует.

Ваша честь, в ходе исследования материалов дела я просил суд обратить внимание на наличие двух подлинников в материалах дела с разными кодами МКС 75 080 и МКС 75 160.20. МКС -  Межгосударственный Классификатор Стандартов. 75 Добыча и Переработка нефти, газа и смежные производства. 080 Нефтепродукты в целом. 160.20 Жидкое топливо, включая бензин, дизельное топливо, керосин и так далее. Оба кода подходят к смеси нефтепродуктов «OilBlend», то есть они применялись разными разработчиками.

В целях подтверждения законности СН «OilBlend» и того, что она является продукцией, изготовленной в Республике Казахстан, мною были представлены каталожные листы. В каталожных листах применяется код МКС 75 080. Каталожные листы были подготовлены Р. А. Койлыбай. Стандарт с кодом 75 160.20 был обнаружен в КГД МФ РК. В отправке документов в КГД МФ РК для получения таможенного кода принимал участие А. Мисюрин, и он мог подготовить стандарт с кодом МКС 75 160.20, что подтверждается показаниями Алмаза о том, что в 2013 году А. Мисюрин совместно с техническим директором Н. Амантурлиным разрабатывали стандарт на СН «OilBlend».

Также просил суд обратить внимание, что линейка эксперта закрывает подпись Р.А. Койлыбай, которую она поставила во время допроса 19 декабря 2016 года.

Отказ суда в удовлетворении ходатайства адвокатов о вызове на допрос экспертов, в том числе эксперта О. Азаровой, лишил возможности установить наличие данной подписи на представленном экземпляре стандарта, поскольку, считаю, что любой эксперт не будет прятать улику под линейку. Полагаю, что на исследуемом титульном листе нет подписи Р. Койлыбай, то есть можно предположить существование третьего экземпляра с поддельными подписями.

Заключения эксперта №2584 от 10 января 2017 года и №2044 от 30 ноября 2017 года ИСЭ по Актюбинской области устанавливают факт подделки подписей А. Мисюрина и И. Тасмагамбетова, и не указывают, что их подделал Алмаз. Установить, кем были поставлены поддельные подписи, входит в обязанности следствия. Они даже не пытались определить, когда подделаны были подписи, на каком принтере распечатан данный экземпляр стандарта. Предполагаю, что исследованный экземпляр является экземпляром, подготовленным следствием. Вопрос, надо ли Алмазу и С. Г. Кунцевичу подделывать стандарт? Возникает вопрос: зачем? Чтобы запороть экономику ТОО «АНП» и ТОО «ИОЭ»? Так и без подделки стандарта между ними существовали финансовые проблемы. Следствие устанавливает, что подделка стандарта позволила отгрузить нефть в Кыргызстан. Зачем разрабатывать стандарт и проводить регистрационные мероприятия с ним? Надо было арендовать такой стандарт, как хотел сделать С.Г. Кунцевич.

Вопрос изготовления СН «OilBlend» между Алмазом и С. Г. Кунцевичем возник в мае 2016 года, то есть когда уже на основании стандарта получены каталожный лист, таможенный код, произведена сертификация СН «OilBlend». Поэтому вызывает неустранимое сомнение участие Алмаза в подделке стандарта.

Утверждение следствия, что стандарт является подложным, так как произведено копирование физико-химических показателей сырой нефти, является абсурдным и противоречит законам физики и химии.

Достаточно сравнить протоколы лабораторных испытаний проб принятой нефти на НПЗ ТОО «АНП» с паспортом качества на СН «OilBlend», отгруженных в Кыргызстан, и с физико-химическими показателями таблицы №1 стандарта, и можно убедиться, что получена смесь нефтепродуктов OilBlend высокого качества, а физико-химические показатели не соответствуют стандарту нефти.

В таблице №1 стандарта нефти устанавливается содержание серы от 0,6% до 3,5%, а стандартом только 1,5%.

В таблице №2 стандарта нефти устанавливаются две температуры для определения выхода объема в % - 200 и 300, а стандартом устанавливаются температуры 200, 210, 250 и 350.

В таблице №3 стандарта нефти устанавливается массовое содержание воды в % 0,5, 0,5 и 1.0, а стандартом - 0,5%; массовое содержание механических примесей 0,5%, так же, как стандартом; Концентрация хлористых солей мг/дм 100, 300 и 900, а стандартом - 150 мг/дм.

Физико-химические показатели таблицы №4 стандарта нефти отсутствуют в таблице №1 стандарта.

Следовательно, факт копирования физико-химических показателей со стандарта нефти в стандарт СН «OilBlend» не подтверждается.

Вышеизложенные обстоятельства вызывают неустранимое сомнение в законности уголовного преследования Алмаза по статье 28 и частям 1 и 3 статьи 385 УК РК.

Государственный обвинитель поддержал обвинение в отношении Алмаза по пункту 1 части 2 статьи 214 УК РК, обоснованное суммой 27 884 104,37 тенге, и занятием запрещенными видами предпринимательской деятельности.

Обвинение было предъявлено Алмазу 20 февраля 2018 года, и рапорт об обнаружении уголовного правонарушения должен быть зарегистрирован в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 179 УПК, так как «незаконный доход» в сумме 27 884 104,37 тенге получен при исполнении договорных обязательств.

Заключенные договоры, связанные с производством смеси нефтепродуктов OilBlend, судом не признаны недействительными, притворными и мнимым.

Следствие сумму 27 884 104,37 тенге использует и для установления нецелесообразности производства СН «OilBlend». 27 884 104,37 тенге - это доход ТОО «ИОЭ», полученный от переработки нефти и реализации нефтепродуктов, полученных из этой нефти. По ним оплачены налоги и обязательные платежи в бюджет, то есть должна быть проверка подразделения комитета государственного дохода, а не заключение эксперта.

Причем тут Алмаз? Явный факт фальсификации предъявленного обвинения.

В ходе исследования вещественных доказательств просил суд обратить внимание, что заключение эксперта №407 от 16 февраля 2018 года не соответствует балансу между количеством переработанной нефти и количеством полученных нефтепродуктов от этой нефти. Учитывается весь объем нефти, а СН «OilBlend», хранящихся в РВС №16 в четырех цистернах по станции Арысь, а также нефтепродукты, хранящиеся в резервуарах ТОО «АНП», не берутся во внимание.

Следствие устанавливает, что Алмаз осуществлял запрещенные виды предпринимательской деятельности, но не называет их и не указывает, какие документы у него отсутствуют. Кроме того, работодателем Алмаза является ТОО «АНП», и он исполнял договорные обязательства ТОО «АНП» в пределах своей компетенции. Для того чтобы признать производство СН «OilBlend» незаконным, следствие обязано признать действия государственных органов, производивших его регистрацию, незаконными.

При таких обстоятельствах вызывает неустранимое сомнение законность уголовного преследования Алмаза по пункту 2 части 1 статьи 214 УК РК.

Предъявленное обвинение Алмазу по пунктам 1 и 2 части 4 статьи 195 УК РК является преждевременным и нарушает пункт 2 части 1 статьи 179 УПК РК.

Следствие устанавливает, что в железнодорожные цистерны на территории ТОО «АНП» заливалась сырая нефть и отправлялась в Кыргызстан. При этом они устанавливают, что нефть, поступившая в ТОО «АНП», отправлялась автотранспортом, в количестве 14 943,336 тонны (Том 61, лист 6).

Рассмотрим вопросы. Откуда эта нефть взялась, где она хранилась? Возможно ли отправить поступившую нефть в Кыргызстан? 

Каждая автоцистерна выгружается самотеком в РГС №7, о чем ведется запись в журналах приема-передачи смены нефтебазы и лаборатории. С РГС №7 нефть перекачивается, а не стекает, в нефтяной резервуар (РВС), о чем делается запись в журнале приема-передачи смены нефтебазы, в конце смены производится замер и вносится в сводку.

С нефтяного резервуара нефть перекачивается через установку ЭЛОУ на установку АТ-1 или АТ-2 для атмосферной перегонки нефти (переработка).

С выходов АТ вытекают бензин-растворитель, керосин с дизельным топливом, судовое топливо и мазут, каждый по своему стоку попадают в промежуточные контрольные емкости, откуда направляются в свои резервуары. В конце смены производится замер в каждом резервуаре, о чем делается запись в журнале приема-передачи операторов нефтебазы и вносится в сводку.

В ходе судебного следствия данный процесс был подтвержден показаниями работников нефтебазы, лабораторий и цеха переработки. Поэтому нефть, которая из автоцистерны самотеком попала в РГС №7, перерабатывается и поступает в виде нефтепродуктов в соответствующие резервуары.

К ходатайству об изменении меры пресечения от 22 июня 2018 года прилагал схему изготовления СН «OilBlend», где показано, что для изготовления смеси нефтепродуктов OilBlend перегонялись в РВС №16 из соответствующих резервуаров бензин-растворитель, судовое топливо и мазут по согласованной рецептуре.

В ходе судебного следствия установлена следующая рецептура СН «OilBlend»: бензин-растворитель - 27,73%, судовое топливо - 16,41% и мазут - 55,86% (Том 59, лист 19).

По версии обвинения, сырая нефть отправлена в Кыргызстан,  13 067,296 тонны (стр. 16 обвинительного акта), хранится в РВС №16 - 531,094 тонны (Том 61, лист 9) и хранилась в 4-х цистернах на станции Арысь - 229,946 тонны (Том 61, лист 8). Всего будет: 13 067,296 + 531,094 + 229,946 = 13 828,336 тонны.

На основании показаний работников нефтебазы, лаборатории и цеха переработки, данных в ходе судебного следствия, получается, что 13 828,336 тонны СН «OilBlend» получены из 3 834,597 тонны бензина-растворителя, 2 269,23 тонны судового топлива и 7 724,508 тонны мазута. Данные обстоятельства подтверждаются записями в журналах приема-передачи смены нефтебазы, лаборатории и цеха переработки, а также замерами по резервуарам с внесением данных в сводки.

Считаю, что надо ответить на вопрос, была ли нефть у ТОО «ИОЭ» для получения такого количества нефтепродуктов?

По версии обвинения, ТОО «ИОЭ» поставило на НПЗ ТОО «АНП» 23 393,395 тонны нефти (Том 61, лист 6).

Выход нефтепродуктов из нефти для ТОО «ИОЭ»: бензин-растворитель – 24,5%, дизельное топливо – 20,5%, судовое топливо – 12,89% и мазут – 38,61% (Том 61, лист 22). Данный выход предусматривает 3,5% технологических потерь - 818,769 тонны.

ТОО «ИОЭ» могло получить из 23393,395 тонны нефти: бензин-растворитель – 5 731,382 тонны, требовалось 3 834,597 тонны, дизельное топливо – 4 795,646 тонны, не требовалось, судовое топливо – 3 015,409 тонны, требовалось - 2 269,23 тонны и мазут – 9 032,19 тонны, требовалось 7 724,508 тонны. Остаток нефтепродуктов после изготовления СН «OilBlend» 13 828,336 тонны из 23393,395 тонны нефти: бензин-растворитель - 1896,785 тонны, дизельное топливо - 4 795,646 тонны, судовое топливо - 746,179 тонны и мазут - 1 307,682 тонны.

Баланс между нефтью и нефтепродуктами: 1 3828,336 + 1 896,785 + 4 795,646 + 746,179 + 1 307,682 + 818,769 = 23 393,397 тонны.

Для вывода этого баланса я оперировал цифрами обвинения и фактическими обстоятельствами изготовления СН «OilBlend» и прихожу к выводу, что в Кыргызстан в цистернах отгружалась СН «OilBlend».

Это подтверждают паспорта качества на каждую партию СН «OilBlend», которые никем не оспаривались, отсутствует решение суда об их недействительности и отсутствует заключение какой-либо экспертизы, устанавливающие его подделкой.

Без данного паспорта качества не оформляется железнодорожная накладная, которая является соглашением между отправителем груза и перевозчиком.

Обвинение предъявлено без учета пункта 2 части 1 статьи 179 УПК РК.

Следовательно потерпевшие вправе предъявлять иск на взыскание суммы только по 4-м цистернам на основании заключения экспертизы №4839 ИСЭ ЮКО от 26 декабря 2016 года.

Однако, исследовательская часть этой экспертизы устанавливает, что в цистерны загружены СН «OilBlend».

Выписка из заключения эксперта №4839 от 26 декабря 2016 года: обобщая и оценивая результаты исследований, эксперт констатирует – «Маслянистая подвижная жидкость темно-коричневого цвета, полученная в ходе отбора образцов с вагонов-цистерн №№ 54597430, 73074213, 51339497 и 54095229 на станции Арысь (1.1-1.3, 2.1-2.3, 3.1-3.3, 4.1-4.3), представляет собой смесь углеводородов всех нефтяных фракций с высоким содержанием бензиновой и остаточной фракций.

Если оперировать повседневным лексиконом граждан, данный вывод означает: бензиновая фракция состоит из бензина, керосиногазойлевая фракция состоит из керосина, дизельного топлива и судового топлива, а остаточная состоит из мазута.

Рецептура СН «OilBlend»: бензин-растворитель 27,73%, судовое топливо 16,41% и мазут 55,86%, то есть в СН «OilBlend» бензиновая фракция составляет 27,73%, керосиногазойлевая 16,41% и остаточная 55,86%. Именно поэтому эксперт утверждает, что исследуемая жидкость представляет смесь углеводородов всех нефтяных фракций с высоким содержанием бензиновой и остаточной фракций. Эксперт подтверждает отсутствие керосина и дизельного топлива в исследуемой жидкости.

Возникает вопрос: почему эксперт делает вывод, что исследуемая жидкость - нефть? Предполагаю несколько вариантов.

Первый вариант: Эксперт сделала вывод на основании квалификации нефти, предусмотренной стандартом нефти, поскольку видит все нефтяные фракции, но удивлена соотношением между фракциями.

Второй вариант: Неправильно поставлена задача эксперту. В целях обеспечения объективности досудебного расследования следствие обязано было вместе с образцами жидкости представить эксперту и паспорт качества на смесь нефтепродуктов OilBlend и поставить вопрос: соответствует ли образец жидкости приложенному паспорту качества? Уверен, что эксперт подтвердил бы соответствие.

Третий вариант: Можно предполагать давление со стороны следствия.

В любом случае эксперт провела экспертизу качественно. Только непонятно отсутствие хроматограмм исследования, хотя в заключении указано, что они прилагаются.

Заключение эксперта №67 ЦИСЭ города Астаны: провела экспертизу качественно в исследовательской части и устанавливает факт фальсификации образца проб из РВС №16. Обратите внимание, что в РВС №16 в последний раз сливались девять цистерн СН «OilBlend», которые не были отправлены в Кыргызстан из-за  оперативных следственных мероприятий, и слиты обратно, что подтверждается записями в журнале приема-передачи смен операторов нефтебазы. Кроме того, на данную партию СН «OilBlend» лаборатория выдала паспорт качества, она подтверждается записями в журнале приема-передачи смен лаборатории. Также в лаборатории исследована композитная проба с определением фракционного состава, что также записано в журнале приема-передачи смен. Следовательно, можно уверенно заявить, что в РВС №16 находилась СН «OilBlend».

Обратите внимание, что выход 10% объема исследуемых образцов проб из резервуаров №10, 12 и 16 происходит при температуре 73оС, РВС №14 -100оС и РГС №7 -153оС.

Сходство образцов проб из резервуаров №№10, 12 и 16 возможно, если образцы пробы были изъяты из РВС №10 или из РВС №12, или образцы проб из резервуаров №№10, 12 и 16 были перемешаны в одной емкости и снова разлиты. Образцы проб из РВС №14 и РГС № 7 не вызывают сомнения, то есть образцы проб из РВС №10 и РВС №12 должны быть схожими с ними.

Следовательно, образцы проб из РВС


Новости по теме



Комментарии пока доступны только в полной версии сайта

Перейти к комментариям (3)